Станьте участником команды «Рублева»

cross
Главная / Новости / ​Церковь и война. Основы социальной концепции РПЦ об отношении к современным войнам

​Церковь и война. Основы социальной концепции РПЦ об отношении к современным войнам

Церковь и война
А+
Распечатать
Фото: De Visu (shutterstock)

30 сентября 2015 г. Совет Федерации принял решение одобрить внесенное президентом России предложение об использовании Вооруженных сил за рубежом. Сегодня ВВС России нанесли удар по формированиям «Исламского государства» в Сирии.

См. также:

«Священная борьба»: как откликнулись религиозные лидеры на участие России в сирийских событиях

***

Свое отношение к происходящим событиям успел высказать председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин.

«Разные религиозные общины России сегодня чувствуют свою близость в отношении того решения, которое было сегодня принято Советом Федерации, — отметил священнослужитель. — Как вы знаете, в России действует межрелигиозный совет. И в ближайшее время ожидается выработка заявления этого Совета, который объединяет православных христиан, мусульман, буддистов и иудеев». 

В этом заявлении, выразил уверенность протоиерей В. Чаплин, представители конфессий поддержат решение, принятое государством, — взять на себя особую роль на Ближнем Востоке и, в частности, в Сирии.

«Это решение полностью соответствует международному праву. Это решение соответствует менталитету нашего народа. Это решение соответствует той миротворческой, нравственной активной роли, которую Россия всегда играла в разных регионах мира и особенно на Ближнем Востоке. Эта активная позиция страны всегда была связана с защитой слабых и угнетаемых, она была связана в том числе с заботой о христианах, которые живут на Ближнем Востоке и которые сегодня там переживают настоящий геноцид», — заявил председатель отдела по взаимоотношениям Церкви и общества. 

Активная, миротворческая, нравственная роль России, по его словам, всегда имела своей целью отстаивать мир и справедливость по отношению ко всем народам Ближнего Востока.

«Терроризм — это очень серьезная угроза для всего мира, — подчеркнул о. Всеволод. — Борьба с терроризмом, борьба за справедливый мир, борьба за достоинство людей, которые испытывают вызов террора, — это очень нравственная борьба, это, если хотите, священная борьба». 

По его словам, сегодня Россия является, возможно, самой активной силой в мире, которая противостоит терроризму. Россия «делает это не потому, что у нее есть какая-то политическая или экономическая выгода от противостояния террору, а потому, что террор безнравственен и потому что защищать слабых в мире нужно. И особенно нужно защищать тех, кто находится перед угрозой тотального изгнания из мест, в которых люди живут веками, или тотального уничтожения», — заявил священнослужитель.


Церковь о войне

Отношению к войнам посвящена значительная часть «Основ социальной концепции Русской православной церкви». Эта проблема рассматривается в главе «Война и мир».

«Война является физическим проявлением скрытого духовного недуга человечества — братоубийственной ненависти (Быт. 4. 3-12)», — говорится в документе.

Земные войны суть отражение брани небесной и порождены гордыней и противлением воле Божией. Поэтому документ оценивает войну однозначно: «Война есть зло. Причина его, как и зла в человеке вообще, — греховное злоупотребление богоданной свободой, “ибо из сердца исходят злые помыслы: убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления” (Мф. 15. 19)».

«Признавая войну злом, Церковь все же не воспрещает своим чадам участвовать в боевых действиях, если речь идет о защите ближних и восстановлении попранной справедливости. Тогда война считается хотя и нежелательным, но вынужденным средством».

В «Основах социальной концепции» признается возможность ведения справедливой войны — основанием для этого служат слова Христа: «Взявшие меч, мечем погибнут» (Мф. 26. 52).

«С христианской точки зрения, понятие нравственной правды в международных отношениях должно опираться на следующие основные принципы: любовь к своим ближним, своему народу и Отечеству; понимание нужд других народов; убеждение в том, что благу своего народа невозможно служить безнравственными средствами. Эти три принципа определили нравственные границы войны, которые были выработаны христианским миром в Средние века, когда, применяясь к реальной ситуации, люди пытались обуздать стихию военного насилия», — сказано в церковном документе.

«Основы», тем не менее, признают: «Требования справедливости в войне на деле далеко не часто удовлетворялись, но сама постановка вопроса о справедливости порой удерживала воюющих людей от чрезмерной жестокости».

Составители документа вынуждены также признать, что в нынешней системе международных отношений отличить агрессивную войну от оборонительной бывает сложно: «Грань между первой и второй особенно тонка в случаях, когда одно или несколько государств либо мировое сообщество начинают военные действия, мотивируя их необходимостью защиты народа, являющегося жертвой агрессии. В связи с этим вопрос о поддержке или осуждении Церковью военных действий нуждается в отдельном рассмотрении всякий раз, когда таковые начинаются или появляется опасность их начала».

Одним из критериев, помогающих определить праведность или, наоборот, несправедливость той или иной войны, являются, по мнению составителей документа, методы ведения войны, а также отношение к пленным и мирному населению противника, особенно детям, женщинам, старикам. 

«Даже защищаясь от нападения, можно одновременно творить всяческое зло и в силу этого по своему духовному и моральному состоянию оказаться не выше захватчика. Война должна вестись с гневом праведным, но не со злобою, алчностью, похотью (1 Ин. 2. 16) и прочими порождениями ада. Наиболее правильную оценку войны как подвига или, напротив, разбоя можно сделать, лишь исходя из анализа нравственного состояния воюющих», — говорится в тексте «Основ социальной концепции».


Как откликалась Церковь на военные конфликты последнего времени

Новейшая история России знает по крайней мере два случая, когда ее Вооруженные силы вели полномасштабные боевые действия — как на территории страны, так и за ее пределами. В 1979—1989 гг. Советский Союз вел войну в Афганистане. А в 1994—1996 гг. и затем в 1999—2009 гг. в России произошли две так называемые Чеченские войны.

В последние полтора десятилетия существования СССР Русская православная церковь, несмотря на наметившееся улучшение отношений с государственной властью, не имела возможности высказываться на острые политические темы. В официальных речах патриарха Пимена (Извекова; 1910—1990) или известных церковных иерархов того времени нет ни одного упоминания об участии советских войск в войне в Афганистане или, тем более, какой-либо нравственной оценки происходивших событий.

В постсоветский период положение дел существенно изменилось. К концу 1990-х годов, когда в Чечне вспыхнул вооруженный конфликт, Русская православная церковь, а в особенности ее предстоятель патриарх Алексий II (1929—2008) пользовалась чрезвычайно высоким авторитетом и доверием в обществе. 

Позицию Церкви в те годы представлял лично патриарх, а также Священный синод, который неоднократно публиковал официальные заявления по поводу событий в Чечне.

Так, первое заявление от имени Священного Синода в связи с обострением событий в Чечне было сделано 6 декабря 1994 года. А 24 декабря 1994 года с заявлением выступил Святейший патриарх Алексий:

«Продолжающееся кровопролитие на земле Чечни вызывает в Русской Православной Церкви все большую тревогу. Не ставя под сомнение жизненную необходимость водворения в Чеченской Республике законного порядка, восстановления мира и согласия между жителями этой земли и всеми народами Российской Федерации, Церковь в то же время глубоко обеспокоена сообщениями о сильнейшем обострении братоубийственной брани. Более же всего тревожат архипастырей, пастырей и верующих Церкви Русской поступающие сведения о многочисленных жертвах среди мирных людей — будь то чеченцы, русские или люди других национальностей. Наши сердца скорбят о разрушениях жилых домов в зоне трагических событий, что в зимних условиях делает существование людей невыносимым, о разрушении всей структуры жизнеобеспечения. Вызывает озабоченность и то, что народ России недостаточно знает о происходящем в Чечне, а доходящая до него информация подчас оказывается противоречивой, сознательно или бессознательно искаженной.

В этих условиях Церковь возвышает голос в защиту невинных жертв кровавого конфликта. Никакие, даже самые справедливые и законные соображения государственной пользы не могут оправдать жертвы и страдания мирного населения. Никакие, даже самые благие цели не должны достигаться методами насилия, могущими привести в итоге к многократному умножению зла, что будет губительно для всей России.

Вот почему я прошу и умоляю государственных деятелей России, чеченских лидеров, всех, чьи руки сжимают меч, немедленно остановить боевые действия и вернуться на путь мирного разрешения существующих разногласий. Время для этого пока есть, но осталось его не очень много. Используйте же это время не на смерть, но на жизнь, не на зло, но на благо, не на брань, но на примирение.

Россия! По слову Псалмопевца, да будет мир в стенах твоих, благоденствие — в чертогах твоих (Пс. 121, 7)».

Во вторую Чеченскую кампанию 1999—2000 гг. патриарх и члены Священного синода также неоднократно выступали с заявлениями о событиях на Северном Кавказе.

12 ноября 1999 года Святейший патриарх Алексий обратился с заявлением, смысл которого сводился к призыву о восстановлении и законности в регионе и, в то же время, о «сугубом внимании к нуждам мирного населения».

«Необходимо также помогать обществу точно и достоверно знать, что происходит на Северном Кавказе, дабы исключить распространение слухов, страха, национальной и религиозной вражды», — говорилось в обращении.

В заявлении также содержались рекомендации по практическим мерам урегулирования ситуации.

«После водворения в республике мира и спокойствия федеральным властям надлежит вступить в диалог с его старейшинами, религиозными лидерами, избранными представителями, дабы не допустить нового обострения конфликта и прийти к взаимно приемлемым решениям. Сейчас же необходимо сделать все, чтобы добиться прекращения страданий мирного населения, помочь больным, раненым, голодным, лишившимся крова, покинувшим свои дома», — призывал патриарх Алексий.


Патриарх Кирилл о событиях в Сирии

Сегодня же, 30 сентября, как сообщает Патриархия.ru, с заявлением о ситуации на Ближнем Востоке выступил Святейший патриарх Московский и всея Руси Кирилл. 

Предстоятель Русской Православной Церкви выразил надежду на то, что участие Российской Федерации в разрешении сирийского конфликта принесет долгожданный гражданский мир в регион.

«Русская православная церковь неоднократно обращалась к руководству России, других стран и международных организаций с призывом не оставаться безучастными к страданиям мирного населения в Сирии и других странах региона», — напомнил патриарх.

По словам патриарха, церковное руководство не понаслышке, а из личного общения с религиозными лидерами Ближнего Востока знает о катастрофической ситуации, в которой оказались жители региона, подвергшиеся террору и преследованиям.

Православные люди с болью в сердце наблюдали многочисленные случаи насилия в отношении христиан региона, похищения и безжалостные убийства епископов и монашествующих, варварское разрушение древних храмов, отметил предстоятель Русской церкви.

«Не меньше страдают и мусульмане этих мест, священных для представителей всех авраамических религий», — пояснил Святейший патриарх.

Он признал, что политический процесс не привел к сколько-нибудь заметному облегчению участи невинных людей, и им, по мнению первоиерарха, необходима военная защита.

«Российская Федерация приняла ответственное решение об использовании вооруженных сил для защиты сирийского народа от бед, приносимых произволом террористов. Мы связываем с этим решением приближение мира и справедливости на этой древней земле», — подчеркнул патриарх.

«Желая мира народам Сирии, Ирака и других стран Ближнего Востока, мы молимся о том, чтобы жестокий локальный конфликт не перерос в большую войну, чтобы применение силы не повлекло гибели гражданского населения, а все российские военные вернулись домой живыми», — заключил Святейший патриарх Кирилл.

4
Вск
2016