Станьте участником команды «Рублева»

cross
Главная / Блоги / ​На Святой горе Афон
Блоги

​На Святой горе Афон

​На Святой горе Афон
А+
Распечатать
Фото: rublev.com

Часть I. Афонский магнетизм

С давних пор Афон для России — это некий идеал, духовный ориентир, даже мечта. Как выразился один из моих знакомых, с течением времени у многих возникает, так называемый, «афонский синдром» — начнут охватывать воспоминания об Афоне и какая-то благодатная сила, словно магнит, вновь и вновь будет притягивать к Святой Горе…

В последние два десятилетия россияне стали активно путешествовать, и Греция, Средиземноморье оказались излюбленным туристическим регионом. Одновременно с туризмом стали возрождаться и традиции паломничества. Посещение древнейших монашеских обителей на Святой Горе, как и в прошлые столетия, доступно лишь мужчинам. Но те, кто хоть раз побывал на Афоне, пожалуй, навсегда сохранят теплое воспоминание о совершенном паломничестве.

Северная Греция, Афонский полуостров, город Уранополис. Ранним утром, оформив в представительстве «диамонитирион» (своего рода визу, пропуск на территорию греческой монашеской республики «Святая Гора Афон»), загоняю арендованную машину куда-то в кусты на самом берегу моря, подальше от платной парковки. Полагаясь и здесь, в Греции, как обычно, на русский авось (авось не заберут, не угонят и не оштрафуют), возвращаюсь к центральной площади. На углу главной улицы с множеством отельчиков, туристических магазинов и церковных лавок возвышается старинная башня — символ Уранополиса.

До отхода катера еще больше часа, скоротать время можно в уютной таверне — на набережной их с десяток. Утренний греческий кофе, мясная или рыбная кухня — на любой вкус и сравнительно недорого. Вспомнив прошлую афонскую поездку, тут же заказываю «октопус гриль» (местный деликатес в виде обжаренного на огне осьминога), ледяной кофе и бокал красного сухого вина. Напоследок попрощаться с былой роскошью…

Кто бывал на Афоне, знает: как только ты взойдешь на борт парома или катера, уносящего тебя к Святой Горе, начнется совсем другая жизнь — полная неизвестности и аскетизма… Ты окажешься в суровом монашеском государстве с очень строгими правилами и своими законами, будешь питаться как все, без излишков, без мяса. А в дни поста — и вовсе скудно: хлеб, вода, какие-то овощи, постная похлебка, возможно, арбуз и маслины. Привыкший к усладам желудок с непривычки будет бунтовать: разве это пища для здорового мужчины?! Это же не блокадный Ленинград! Но уже к вечеру ты привыкнешь, и даже этой скромной трапезе будешь по-детски радоваться, научившись довольствоваться малым. Тем более когда увидишь, что так питаются не только гости-паломники, но и вся братия, священники и сам архимандрит, настоятель монастыря. Полное равенство в пище, царского стола для «избранных» нет. Еда — не для удовольствия и насыщения, а лишь для поддержания сил. Но даже эти хлеб, вода и маслины покажутся необычайно вкусными и доставят радость.

Путь к Афону

Впервые я побывал на Афоне три года назад. Можно сказать, случайно. В отпуске на Халкидиках узнал, что на катере, заранее оформив «визу», можно самому, без всяких паломничеств и экскурсий, попасть на Афон. У меня возник тогда грандиозный замысел: пешком, в одиночку, неизвестными тропами, по скалам и лесам пересечь за день весь полуостров, от моря и до моря, и побывать сразу в нескольких монастырях — Иверском и русском Пантелеимоновом. Но тогда же мне кто-то сказал: забудь о всех своих планах, глубоко выдохни и никуда не спеши. Как в пословице: «Человек предполагает, а Бог располагает» — на Афоне ты сам это почувствуешь.

Никого и ничего не зная, не имея знакомых, без серьезных денег в кошельке, я просто «сел на хвост» какой-то группе священников, приехавших в Грецию на машине — аж с Западной Украины! Разговаривали они на своей мове, даже спрашивать их о чем-то неудобно — вдруг какие-нибудь раскольники-филаретовцы? Но нет: оказались наши, канонического (и уже тогда опального на Украине) Московского патриархата. Посоветовали одному здесь по лесам и горам не бродить, поскольку водятся дикие звери, да и пропасти опасные, некоторые смельчаки разбивались, иные пропадали… В итоге вместе с западно-украинскими священниками оказался я тогда в знаменитом греческом Ватопедском монастыре.

Сначала, конечно, порывался устроить марш-бросок с несбыточной тогда целью достичь вершины горы Афон. Но быстро осознал, что за один день осуществить замысел нереально. И остался на ночлег в Ватопеде.

Существует любопытное предание, касающееся происхождения названия монастыря. Во времена византийского императора Феодосия корабль с его сыном, маленьким Аркадием, попал у берегов Афона в страшный шторм. Одною из волн мальчика смыло за борт, и все думали, что он погиб. Когда буря утихла, мальчика обнаружили на берегу одной из бухт Афона — мирно спящим под кустом. Отсюда и пошло это странное название монастыря Βατοπαίδι — в переводе с греческого, буквально — «ребенок под кустом».


Одиночество и тишина. Скалистый берег, монастырский сад. Оливковые деревья и неотъемлемые афонские виноградники — из этого винограда в Ватопедском монастыре делают потрясающее красное вино с необычайно густым вкусом, который потом не забудешь и ни с чем не спутаешь. На склоне горы седовласый монах собирал лепестки цветков и каких-то еще растений — из них потом в Ватопеде производят натуральный шампунь (в сравнении с которым все «натуральные» бренды мировой парфюмерии покажутся ядовитой химией).

К вечеру в ворота обители стали входить утомленные путники — измученные тяжелой дорогой, с посохами и в пыли. Кого тут только не было! Греки, сербы, болгары, русские, немцы, венгры… Одному из пришедших (кажется, австрийцу) стало плохо. Похоже, после невыносимо тяжелого пути с ним случился приступ эпилепсии. Он лежал на каменных плитах, в судорогах, с пеной изо рта и, казалось, вот-вот готов был умереть. К нему быстро подошел настоятель: несмотря на собравшуюся толпу и охватившую многих панику, архимандрит Ефрем принялся сам оказывать медицинскую помощь и собственноручно сделал реанимационные процедуры. Через полтора часа на общей вечерней трапезе я снова увидел этого австрийца, еще недавно умиравшего, теперь радостно переговаривавшимся о чем-то за столом со своими соотечественниками.

Зайдя в монастырскую лавку, среди книг и икон замечаю журнал, на обложке которого до боли знакомая фотография. Журнал на греческом, но русского юношу в военной гимнастерке ни с кем не спутаешь. Это — воин Евгений Родионов. Настоятель Ватопедского монастыря однажды встретился с мамой Евгения Любовью Васильевной. Известие о гибели за Христа русского солдата в далекой Чечне, ужасная история о том, как мать искала в стане врага обезглавленное тело сына, — эта история, говорят, глубоко потрясла отца Ефрема. С тех пор русского воина Евгения поминают и в Греции, на Святой Горе Афон.

С наступлением сумерек обращаю внимание на центральную башенку монастыря. Сверяюсь со своими часами: по московскому, да и по греческому времени еще только ранний вечер, а на монастырских часах стрелки показывают полночь. Нет, башенные часы не сломаны — это удивительная особенность Афона: все монастыри живут по так называемому византийскому времени. Разница с остальной Грецией может составлять от 3 до 6 часов, в зависимости от лета или зимы. Ежедневно с заходом солнца стрелки монастырских часов переводят на двенадцать часов — полночь.

Когда совсем стемнело, всех нас, гостей (а это несколько сотен человек из разных стран) пригласили на экскурсию в храм, чтобы поклониться святыням и самым драгоценным реликвиям Ватопеда. Одна из главных и знаменитых на весь христианский мир — Пояс Богородицы.

Монастырь святого Павла

Быстроходный катер на подводных крыльях мчит вдоль берегов Афона, за бортом из волн выскакивают дельфины, мимо проплывают древнейшие монастыри. На этот раз выбираю наиболее отдаленную точку маршрута — пристань Агиа Анна. Паромы с паломниками обычно идут до причала Дафни, в Агиа Анна заходят лишь редкие катера.

Это и есть собственно подножие горы Афон. От пристани извилистая дорога круто берет вверх. На высоте в несколько сотен метров, словно прилепленные к скалам, свисают каменные домики и несколько храмов. Это скит во имя праведной Анны, матери Богородицы. Именно отсюда, как я слышал, начинается самая короткая тропа на вершину Афона.

Полдень, сегодня о восхождении уже речи быть не может. Остается пока заночевать в скиту Агиа Анна. Монах переписывает диамонитирионы и паспорта вновь прибывших. Перед тем как заселить в гостиницу, нам подносят по стопке крепкой ракии, а в качестве закуски — кусочек лукума. Так по традиции принято встречать гостей в монастырях Афона. Несмотря на внутренний аскетизм, афонские монахи отличаются поразительным радушием!

Угадав, что я из России — то ли по внешнему виду, то ли по моему «англо-рязанскому» произношению, — греки знакомят меня с группой паломников из Сербии. Переводчик не требуется, все-таки родственные языки. Сербы расспрашивают о России и Путине (для них он настоящий мировой лидер), о майдане в Киеве и войне на Украине. Уверенно подытоживают: «Это Америка сделала, раньше то же самое американцы сделали с Югославией».

До заката еще часа два. Судя по карте, через пару километров по скалистой тропе вдоль берега можно выйти к большому монастырю святого Павла (основан еще в X веке). Ноги в руки — и в путь! Уже через час, войдя в ворота Агиа Павла, сразу попадаю на службу. Настоятель архимандрит Парфений выносит в центр храма драгоценные ларцы (ковчеги) с главными святынями. Среди них — хорошо уже известные россиянам Дары волхвов (древнейшие золотые украшения-игрушки с комочками ладана и смирны, которые два тысячелетия назад персидские цари подарили родившемуся Младенцу Иисусу).

Вместе с Дарами волхвов в Агиа Павла показывают и удивительную икону Богоматери «Зерцало» (то есть «зеркало», поскольку с обратной стороны было приделано большое зеркало). Икона принадлежала императрице Феодоре, супруге царя-иконоборца. Феодора замаскировала образ под видом зеркала. Однако император все равно узнал и в гневе бросил икону в огонь, но произошло чудо — образ Богоматери остался невредимым.

В Агиа Анна я вернулся уже в сумерках, после спортивной ходьбы по скалам ноги буквально отваливались. Впрочем, поспать удалось не долго, в скиту начиналась ночная служба в честь праздника первоверховных апостолов Петра и Павла. Трудно передать ощущения: электричество в храме выключено, только мерцанье восковых свечей. Над головой, раскачиваясь, по кругу медленно вращается паникадило (огромная многоярусная люстра, вместо лампочек тоже только свечи). Где-то к полуночи большинство монахов и гостей выходят из храма на площадку над скалами. Сюрприз: праздничное угощение. Служитель скита разносит всем по маленькой стопке (на выбор — крепкая ракия или сладкий ликер), а также плитки шоколада — для поддержания сил.

Кругом царят темнота и тишина, лишь где-то глубоко внизу едва слышен плеск волн да из храма доносятся греческие песнопения. Над Эгейским морем встает луна, тускло освещая водную гладь. Далеко-далеко, на противоположном берегу залива Сингитикос мелькают огни каких-то курортов — это полуостров Ситония, так называемый «средний пальчик» (на карте весь регион Халкидики напоминает трезубец Посейдона, разделенный на три полуострова — Кассандру, Ситонию и Афон).

Ватопед

Сегодня в Северной Греции существуют разные возможности посетить Афон. Есть однодневные туры (ценой, кажется, 200 евро на человека): катером вас доставляют на Афон, дальше машиной по горным серпантинам через столицу монашеской республики — Карею — везут в несколько самых известных монастырей: Ватопедский, Свято-Пантелеимонов, Иверский и другие.

Это весьма удобно: за один день вы увидите множество древнейших святынь и драгоценностей христианского мира, сфотографируетесь, купите сувениры и спокойно вернетесь в обычную жизнь греческих курортов. «Галопом по святыням». Что ж, это тоже неплохо: останется теплое воспоминание о совершенном паломничестве и благочестивая каша в голове, которая, правда, уже вскоре сотрется новыми впечатлениями обыденной суеты.

Но все же гораздо лучше и, наверное, полезнее для души — остаться на Афоне с ночевкой. Проводив закатное солнце, вместе с братией монастыря влиться в неспешное богослужение, хотя бы на сутки отрешиться от оставшейся где-то там, за морем, мирской суеты, позабыть о проблемах, тихо помолиться. Или просто умолкнуть и прислушаться…

На Афоне в какой-то момент появляется чувство, видимо, сходное с теми ощущениями, которые тысячу с лишним лет назад несколько наших предков, отправленных киевским князем Владимиром Крестителем в Константинополь для исследования православной веры, испытали в соборе святой Софии: «И не знали мы, где находимся — на небе или на земле».

Ночное богослужение на Афоне рождает точно такие же незабываемые переживания.

Александр Егорцев

Фото автора

Ватопед


Ватопед


Скит святой Анны


Скит святой Анны


Скит святой Анны

Скит святой Анны

Другие статьи автора
Аргунское ущелье: дорога к миру

Быть в Чечне и не посмотреть Аргунское ущелье – все равно что Чечни не видеть! Обычно визитерам показывают восстановленную и до неузнаваемости преображенную столицу республики: Грозный-сити и его высотки, окруженную четырьмя иглами-минаретами мечеть «Сердце Чечни», напоминающую Софийский собор в Константинополе, по-европейски ухоженные центральные улицы и проспекты – Путина и Кадырова. Но это еще не вся Чечня…

25 августа 2016
3482
0
7
Срд
2016