Станьте участником команды «Рублева»

cross
Главная / Акцент / ​«Переправа»: Что надо знать об ИГИЛ?

​«Переправа»: Что надо знать об ИГИЛ?

Боевики ДАИШ
А+
Распечатать
Фото: YouTube

Оригинал публикации

Что надо знать об ИГИЛ? Международные СМИ, управляемые из единого центра, расположенного, очевидно, далеко от России, по не всегда объяснимым причинам дают скудную и часто искаженную информацию о том, что такое ИГИЛ.

Новый халифат часто упрощают до уровня шайки разбойников, головорезов и террористов, выросшей из иракского регионального крыла Аль-Каиды под присмотром спецслужб США, Великобритании и даже Турции с Саудовской Аравией. Это верно лишь отчасти, поскольку таковой росток давно уже вымахал до размеров приличного дерева, а то, что когда-то было хвостом, сегодня вполне уверенно управляет собакой.

Далее эти же СМИ вольно или невольно игнорируют глубинную социальную мощь и привлекательность доктрин ИГИЛ, сводя картинку к вооруженным негодяям и публичным казням. Возможно, это и успокаивает западного, да и нашего обывателя — мол, отбомбятся наши летчики, и бандиты разбегутся. Но подлинная правда об ИГИЛ и о масштабах исходящей от него угрозы не только для Ближнего Востока, но и для человечества в целом при таком подходе остается за кадром. Не знающий же диагноза обречен на летальный исход.

Что ж, попробуем заглянуть за дымовую завесу международных масс-медиа, частью которой, к сожалению, стали и наши официальные СМИ.

Во-первых, нам усиленно внушают, что ИГИЛ — это и есть источник и центр международного терроризма, подлежащий уничтожению силами всего цивилизованного мира. Это неправда. ИГИЛ — вторичный центр, ибо он порожден другим и истинным центром международного терроризма, каковым является обезумевшая элита США и Запада с ее идеей нового мирового порядка, с презрением к нормам международного права и с дурной привычкой беспардонно вмешиваться в дела чужих стран и народов. Вот где сердце дракона.

Во-вторых, ИГИЛ только на первых порах представлял собой собственно военно-террористическую инфраструктуру. Он сохраняет эту свою изначальную природу, развивает и совершенствует ее. Клонирует в новых пространствах Азии и Африки. Однако на данном этапе ИГИЛ это, прежде всего, некий тезаурус нового социального устройства на основе базовых исламских нравственных норм морали. И государствообразующего начала в нем сегодня на порядок больше, чем — функционально воинствующего. На захваченных у Сирии и Ирака территориях (50 процентов — Сирия и 35 — Ирак) создаются шариатские администрации, жестоко карающие как чиновничью коррупцию, так и преступления против нравственности. Гомосексуалистов сбрасывают живьем с крыш многоэтажек, блудниц забивают камнями, ворам отрубают кисти рук, наркодилеров лишают головы…

Александр Нотин

Нам усиленно внушают, что ИГИЛ — это и есть источник и центр международного терроризма, подлежащий уничтожению силами всего цивилизованного мира. Это неправда.

Александр Нотин

Все эти действия адресованы неимущим и социально незащищенным,которым раздаются бесплатные лекарства, обеспечивается образование, трудоустройства и прочие блага. По разнообразным сетевым информационным каналам, в том числе — блестяще использую возможности соцсетей — руководство ИГИЛ широко оповещает своих будущих адептов (в том числе и немусульман) о свершениях в деле строительства халифата для всех униженных, обиженных, ограбленных и неимущих. Сила этого сигнала тем больше, чем острее реальная социальная несправедливость в современном мире и не только арабском.

Традиционный ислам самоуспокоился. Он свыкся с типичной ситуацией разительного дисбаланса между сверхбогатыми и бедными. Посчитал это статусом-кво. Он не учел накапливающейся энергии протестного недовольства, а еще — того факта, что речь идет не о десятках даже, а о сотнях миллионов бедствующих мусульман, причем не только в таких нищих регионах, как постсоветская Средняя Азия, но и в, казалось бы, благополучных странах нефтяного региона. Создаваемая ИГИЛ ультрасовременная система агитации и пропаганды уже сегодня способна отмобилизовать целую армию приверженцев и сторонников Золотого века арабской нации.

В-третьих, руководство ИГИЛ проявил немалую чуткость и гибкость, возвращая в исламский оборот понятие «уммы», нации. Это понятие одинаково интересно как уже упомянутым обездоленным, связывающим с ним мечту о достоинстве и благосостоянии, так и практически всем ныне действующим правящим элитам мусульманских государств Азии и Африки, которые, откровенно говоря, подустали от беспардонности и жадности западных властителей мира. Во всяком случае, доподлинно известно, что командование ИГИЛ, параллельно с работой внизу, ведет активные контакты с руководителями стран большого Ближнего Востока, и находит в их лице немало сочувствия и поддержки: финансовой, военной и политической.

В-четвертых, ИГИЛ невозможно понять, не составив объективного представления о системе его руководства и методах борьбы. Нынешний «шура» (совет) командиров ИГИЛ во главе с Абу Бакром аль-Багдади сформировался не сразу. Он возник в 2011 году, когда из иракских тюрем были выпущены на свободу бывшие руководители партийной разведки БААС, сидевшие вместе с рядом видных исламских радикалов. Именно они смогли влиться в руководящий эшелон ИГИЛ, потерявший к этому времени три четверти своего командного звена.

Профессиональные военные, кадровые баасисты привнесли в ИГИЛ жестко законспирированную систему управления, привычную им со времен Саддама Хусейна. В результате возникла трехслойная модель управления: внешне легальная, промежуточная, в лице 80-90 полевых командиров, управляющих захваченными территориями, и базовая, глубоко засекреченная, состоящая из нескольких центров власти, осуществляющих надзор, суд и расправу с непокорными. Удивительно, но именно так была выстроена власть БААС Ирака в те годы, когда еще в стране правил Саддам Хусейен, а БААС была официальной правящей партией.

В-пятых, ИГИЛ транслирует в мусульманский мир самые органичные для него и понятные миллионным массам принципы «РАЗДЕЛЯЙ И ВЛАСТВУЙ» и «БЕЙ СВОИХ, ЧТОБЫ ЧУЖИЕ БОЯЛИСЬ». Кто-нибудь из близоруких псевдодемократов из «человеколюбия» назовет это «кровавой диктатурой». Но это не так. Восток от начала времен опирался на эти опорные принципы. И даже время от времени преуспевал. Периодически «демократизации» там и сям случались не в результате цветных революций, привносимых извне, в ходе естественного отбора и престолонаследия.

В-шестых, как бы презрительно, с недооценкой к нему ни относились на Западе, а теперь и у нас, ИГИЛ представляет собой не только мощную политическую альтернативу и социальную доктрину-антипод дряхлеющему и загнивающему либерализму западного толка, но и принципиально новую социальную организацию. Халифат непрерывно расширяется, буквально разбрасывая семена своего воодушевляющего влияния, где только можно. При этом сначала создается сеть сочувствующих новообращенных, которые мониторят новое пространство (государство или группу государств), оценивая «болевые точки» и потенциальные центры враждебности для ИГИЛ. На следующем этапе эта сеть консолидируется в полувоенные ячейки, а затем, на еще более высоком уровне — в наступательные подрывные структуры.

Простой пример. Постсоветская Средняя Азия, в которой до 90 —95 процентов населения оказались на положении нищих, представляет собой сегодня лакомый кусок для ИГИЛ. В отличие от западных спецслужб, которые вынуждены сопровождать свою подрывную деятельность против «неугодных» обильными финансовыми вливаниями (будь то киевский режим или несистемная оппозиция в России), ИГИЛ, наоборот, собирает дань с новообращенных и распространяется подобно торфяному пожару, идя на запах всякой социальной несправедливости, всякого недовольства, разброда, раскола.

В-седьмых, важнейшей характеристикой сегодняшнего ИГИЛ служит его способность привлечь жертвенных пассионариев, всякого рода искателей приключений, а то и просто проходимцев, идеей очередного «светлого будущего», ради которого можно и голову сложить. Эта привлекательность общего дела на фоне дефицитной в нашем мире социальной справедливости делает его самым опасным глобальным противником для любой деспотии — будь то власть Мамоны, как на Западе или феодальное владычество, как в Саудовской Аравии или в Иордании…

Не менее уязвима и Россия, которая, себе на беду, усвоила западную модель общественного устройства, только в ухудшенном виде. Накопившиеся у нас за годы правления неолибералов многочисленные социальные диспропорции, этноконфессиональные противоречия и вообще всякого рода нестроения и разрывы — превосходная питательная среда для распространения исламского необольшевизма в лице ИГИЛ. До тех пор пока Россия не выработает достойного противоядия — альтернативной, духовно-светской государственной модели, все попытки победить ИГИЛ с помощью спецслужб и все более жестких законов останутся малоэффективными.

Подобное лечится подобным. И, только понимая сложность и мощь нового социального монстра в лице ИГИЛ, мы сможем возвести достаточно надежные редуты, способные его остановить, а, может быть, и развернуть восвояси.

Источник: Переправа.org

12 марта 2016
​Религиозные революционеры или тоталитарные необольшевики?
25 ноября 2015
​Исследователи: доля мусульманского населения в странах Европы продолжает неуклонно расти
2 ноября 2015
​Христианские церкви в Европе удаляют алтари и кресты для «удобства» беженцев-мусульман
11
Вск
2016